22:29 

Истории из жизни Ньяна Черного Феникса. Часть 7

Inevers
I.never.S - I never suck
Время Тишины и Одиночества. Три недели восстановления в Громовом Утесе. Понемногу обо всех: Сарине, Энвез, Гевьон, Тиану - и много о самом Ньяне.
Отсылки к произведениям трепетно любимого Ричарда Баха.


Приезд в Громовой утес запомнился плохо. Несмотря на заметно улучшившееся самочувствие, я пребывал в скверном расположении духа. Давящее раздражение не отпускало ни на секунду, и я, чеканя шаг по дороге к месту назначения, удивлялся, как Лоран сумел убедить меня не только посетить селенье тауренов, но и обратиться за помощью к одному из них.
Окружающая местность в вечерних сумерках казалась простой и до обыденности скучной, а устройство «столицы» путано-неудобным. Грубо сколоченные шалаши напоминали временный полевой лагерь, сами же жители, опыта общения с которыми я не имел в прошлом, своим внешним животным видом не вызывали симпатии.
Нужный мне «дом» оказался маленьким шатром, лишенным какой-либо обстановки.
Баху, крупный таурен, неотличимый от десятка других, виденных на улице, восседал на полу, устланном разномастными коврами, и его рога заканчивались ровно на уровне моего сердца. Какая ирония.
-Добро пожаловать, - улыбнулся он и жестом руки предложил занять место подле него.
Отточенными до механизма движениями я стянул арканные потоки и облачил их в материальную форму. Баху нахмурился, увидев сотворенное мною кресло.
-Первое правило: уважать хозяина дома, в котором гостишь. А уважение начинается с мелочей.
Я был вынужден признать правдивость его замечания. Подобная норма этикета была мне известна еще с детских лет, и я всегда неуклонно её исполнял, но сейчас во мне заговорила вторая натура эльфов - надменность.
Вздохнув, я сел на пол, рядом с тауреном.
-Второе правило: никакой магии. Ни аркана, ни уж тем более Скверна у нас не в почете, поэтому мы стараемся исключить ее использование в наших краях. Всё необходимое - будь то пища, одежда или кров - тебе дадут.
Я изумленно посмотрел на Баху, думая что он шутит, но встретил абсолютно серьезный взгляд.
Просто невероятная просьба. Ни один день моей жизни не обходился без контакта с магией: она стала неотъемлемой частью, продолжением меня и потребность в ней была невероятно сильной. Но, в конце концов, школа иллюзий столетиями являлась моей визитной карточкой. Навести морок обмана не составит труда.
Растворив в воздухе кресло, я втянул в себя абсолютную пыль и кивнул.
-Третье правило: быть честным. Утаивая правду, ты ставишь нас в неравное положение, в котором один открыт душой, другой - кривит ею.
Я нахмурился.
-Ты смущен. Тебе нужно расслабиться, - он протянул мне чашу, полную до краев темной, пахнущей травами жидкостью. Я неуверенно начал пить, пытаясь представить наше дальнейшее взаимодействие.
-Уже лучше, чувствуешь? - я кивнул, ощущая как каждая капля прохладного напитка снимает усталость и дискомфорт.
-Твой друг обратился ко мне с необычной просьбой, - таурен задумчиво потер подбородок.
-Сложной просьбой. Но отказывать добрым людям я не в праве, - он перевел теплый взгляд карих глаз на меня. - Я и сам желаю помочь.
Поведай мне о себе.
Я прочистил горло и приступил к рассказу.
История моей жизни звучала множества раз: в тавернах, в беседах со случайными знакомыми. Каждое слово было ловко скроено и подогнано под остальные так, чтобы вместе они производили нужное мне впечатление. Обманутый судьбой, отринутый собственным народом, преданный теми, в кого вложил всю веру.
Ни одного лишнего факта, ни двоякой правды - всё четко просчитано и должно вызывать искреннее сочувствие. Я часто пользовался этим, чтобы восстанавливать среди народа некогда славное имя моего рода, обрастать нужными связи, добиваться помощи.
Но таурена не интересовали яркие обертки фраз, лишь моя реакция. И вовсе не та, что отражалась на моем лице - местами отрешенная, для усиления эффекта «тот, кто потерял все», местами наиграно-эмоциональная, чтобы показать мое не утихшее рвение добиться справедливости.
Он смотрел сквозь и видел, как корчится моя душа от старой, не проходящей боли, которую ничто и никто не в силах излечить.
Мне стало неуютно: я, со всеми своими страхами, проблемами, неудачами оказался на его ладони, словно просматриваемый на свет прозрачный флакон.
Обычно я заканчиваю свой рассказ на моменте создания Тиану Рилл - этакая счастливая нота, подчеркивающая мое страстное желание встать на путь искупления и помочь всему миру. И сейчас я не стал изменять сложившейся традиции: под этим проницательным взглядом погружаться в недавние события было бы чистым насилием.
Но, к счастью, Баху, молчавший в течение всего рассказа, сам сменил тему, задав совершенно неожиданный вопрос:
-Как тебе Мулгор?
Я развел руками:
-Если быть откровенным, никак.
-Как я и предполагал, - кивнул он и посмотрел куда-то за мою спину.
-Советую лечь спать пораньше. К рассвету мы должны быть на вершине окружающих Утес гор.

***
Темное, почти черное на западе небо постепенно светлело, смягчая синеву своих красок. Болотными огоньками мерцали последние звезды и гасли в белесом свете, одна за другой. В нежно-янтарном ореоле восходило солнце. Не так как в Квел'Таласе - царственно, даже чванливо, а радушно, с распахнутыми для каждого объятиями. И природа пробуждалась под этим мягким взором, напитывалась теплом и расцветала. Всё дышало красотой - и стройные деревья, нежно шепчущиеся с ветром, и ловко скачущие по склонам архары, и даже далекие силуэты шатров таурахо.
Усталость, копившаяся после двухчасового сна, и раздражение, сопутствующее длинному восхождению наверх, мгновенно испарились.
-Прекрасный вид, не правда ли?
Я только и смог, что кивнуть, зачарованный великолепием простоты, живостью красок и чистотой линий.
-Это совершенно не похоже на мою родину, - сказал я, вспоминая золотые леса Вечной песни, вдруг ставшие такими далекими, иллюзорными, будто из выдуманной сказки.
Баху дал мне еще несколько минут полюбоваться пейзажем и произнес:
-Так что было дальше, когда вы с Эглатом начали искать единомышленников? Только без лукавства.

***
Я был уверен, что уже на следующий день жажда магии проявит себя - сначала слабо, а затем со стремительно нарастающим волчьим аппетитом, сводя с ума. Ведь за время практики арканы я сумел пристраститься даже к сотворенной пищи, зачастую предпочитая лучшему вину Восточных Королевств любовно созданную мной каву.
Но к удивлению, жажда держалась в приемлемых рамках, так, что я мог ее контролировать.
Диета была не только магической. Рацион питания стал до скрежета зубов правильным.
А вместо вина, потребляемого литрами до приезда в Громовой Утес, я пил разнообразные настои. Почти все время проводил в компании Баху, изредка отправляясь в одиночестве гулять по Мулгору. И хотя я по-прежнему сторонился тауренов, часы наблюдений за их, путь в чем-то и примитивным бытом, добились моего снисхождения к этой расе.
Уже после первой недели пребывания в Калимдоре я почувствовал себя значительно укрепленным как физически, так и духовно.

***
-Как ты охарактеризуешь Энвез?
-Бездушный тиран в теле эльфийки, - криво улыбнулся я, но Баху лишь покачал головой.
-В тебе много обиды. И гнева. Но если первое еще исчезнет со временем, то второе…второе найдет новую цель и будет испепелять ее.
-Её действиям нет объяснения, - резко отрезал я, вспоминая сколько раз она поступала наперекор мне, руководствуясь одними ей ясными мотивами.
-Мы оправдываем то, что пониманием. Чтобы понимать, нужно знать.
Ты делаешь то, что считаешь правильным. Ты знаешь себя, знаешь почему ты такой, что заставляет тебя выбирать этот путь, а не иной. Но в глазах других, непосвященных в твою историю, твои поступки и твоя правда выглядят совсем иначе. Ты сам выглядишь иначе. Для кого-то упертым, самоуверенным, эгоистичным…
-Для кого-то и вовсе пропащим эльфом, - мрачно закончил я.
-Им не известно, что в твоей жизни были взлеты и падения, что ты до последнего был честен с собой и окружающими, что утрата отвернула тебя от мира…
Баху печально вздохнул.
-А что ты знаешь об Энвез? Что скрывает ее прошлое? Что гложет ее душу, что занимает ее ум?
-Ты можешь ответить на эти вопросы? - он заглянул мне в глаза, наперед зная ответ.
-Тогда не спеши судить.

***
-Ты должен простить его.
-Нет.
-Простить и отпустить.
-Ни за что, - процедил я. -Хамеир безумец и каждое его действие несет в себе отпечаток зла. И чем раньше он умрет, тем будет лучше для всех, - ладонь невольно сжалась в кулак, и на белых перчатках выступила кровь. Баху заметил это мгновенно.
-Ярость переполняет тебя и выплескивается наружу.
Закрыв глаза, я глубоко вздохнул, успокаиваясь и затягивая вырвавшиеся эмоции обратно в хомут.
Баху с грустью наблюдал за моими попытками снова взять над собой контроль.
-Ньян, дело вовсе не в самоконтроле. Важно научиться не сеять и не взращивать в себе такие темные чувства. Злость никуда не денется, даже если ты будешь постоянно сдерживать себя. В конце концов ты станешь подобен вулкану и сожжешься в собственной лавине ненависти.
Только простив, ты сможешь сделать шаг к очищению.


***
-Ты считаешь, что Гевьон не видит дальше своей надуманной справедливости. Но и твой взгляд недостаточно ясен, друг мой.
-У каждой сильной личности есть свои принципы и вера, которые помогают им выстоять. Островок земли в бушующем океане жизни.
Для тебя это долгое время это была твоя семья, ты сам и магия. Три составляющие, в которых ты был уверен ежечасно.
Для Гевьон, это Свет и то, чему учат заветы паладинов.
Кем бы ты стал, не будь у тебя в жизни столь крепкого фундамента? Смог бы ты чего-нибудь добиться, если бы твои интересы ни во что не ставили, а твои действия встречали бы сопротивление?
Ты должен не только уважать чужие интересы, как учили тебя с детства, но и стараться понять их. Понять и принять их важность, сколь дикими для тебя они не были.
Сделай первый шаг навстречу, а множество остальных сделают сами окружающие.

***
-Эглата больше нет. Чтобы не говорила Тиану, убеждающая в том, что она - это он.
-Ты отвергаешь очевидное.
-Для меня он умер. И точка, - я зажал в кулаке несколько прядей волос, с омерзением разглядывая их седой цвет.
-Дай ей шанс.
-Какой шанс? В ней нет ничего от Эглата. Она совершенно другая. Она мне не нужна.
-Ты нужен ей. Вспомни доброту Эглата. Он не отвернулся от тебя, хотя мог.
Я на мгновение перенесся в прошлое: тогда, после ареста у меня не было ничего, даже денег, чтобы отправить письмо, и мне самому пришлось пешком добираться до особняка Серебряного феникса, чтобы положить послание в почтовый ящик.
Ох, сколь унизителен был тот период существования на дне общества…
Не знаю, на что я надеялся, когда рассказывал о себя, собеседуясь на должность помощника магистра. Но ответ Эглата удивил и вернул мне веру в Чудо:
-Мне не важно, кем вы были. Мне важно, какой вы теперь. И то, что я вижу, вполне устраивает меня.
Я лежал, втоптанный ногами разъяренного народа на перекрестках судьбы, изнемогающий от безжалостных ударов жизни, а он, единственный неравнодушный, протянул мне руку, помог подняться и сделать новый шаг вперед.
И даже после того, как чуть не пал жертвой моей алчности и живущего внутри натрезима, Эглат оставался верен мне до последнего. Он снова вернул меня в этот мир, он вернул меня к жизни.

Таху кивнул, будто увидел мелькнувшие в моей голове воспоминания.
-Дай ей шанс показать себя. Воспринимай ее не как слабую тень Эглата, а как отдельную личность.
Присмотрись к ней. Прислушайся. Вас объединяет гораздо большее, чем вы думаете.

***
Над водой поднимается густой пар - живое дыхание в морозный день.
Я нерешительно касаюсь поверхности озера пальцами: закрываю глаза и открываю разум.
Прошу откровения.
Реальность замирает и растворяется в идущих из глубины образах.

Расцвеченное северным сиянием небо затянуло пеленой смога. Распаханные колесами катапульт снега Нордскола пропитались кровью, и теперь похожи на выжженные земли Тёмного Портала.
Напряженный до судорог в руках, сражаюсь на пределе возможностей, как ни разу прежде.
Цепляюсь за каждый сантиметр холодной земли - безжизненной, промерзшей вглубь на километры. Мои легкие онемели, и даже гниль чумных тел неразличима.
Я смертельно устал, и уже забываю, зачем я здесь. Лишь по инерции продолжаю сжигать, замедлять и превращать в прах врагов.
Неимоверными усилиями мы приближаем к себе победу. Нежить костяными волнами разбивается о глухую оборону, и постепенно проседает под объединенными атаками эльфов и наг.
Внезапно земля содрогается от мощнейшего толчка, исходящего от Ледяного трона. И я понимаю, что Артас успел первым прежде чем меня пронзает шип неруба…


...В её темных, жидких словно ртуть глазах замерзли слезы. Разбитыми в кровь губами она шепчет слова, осколочным снарядом пробивающие сердце.
-Ты не пришел…ты оставил меня…почему?

Горн часового возвещает о приближении Плети, и она срывается с места, вскидывая резной лук, готовая драться до последнего.
Её отряд окружен, буквально прижат спиной к неуступчивым скалам - меньше полусотни эльфов, брошенных нами на произвол судьбы в ледяных пустошах. Можно разглядеть лицо каждого - обреченное, но решительное до трясущей прожилки под глазом.
Но их отчаянность не дарит даже предсмертного удовлетворения. Нежить не собирается сражаться, вместо этого подкатывая огромные катапульты. Удушливые бомбы синхронно разрезают небеса на лоскутья и взрываются ядовитыми облаками. Ни одна стрела не успела достичь цели, а мечи - пронзить прогнившую плоть.
Скошенной травой бесславно полегли эльфы, исчезнув в зачумленном воздухе.


Отдергиваю обожженные о правду водяной глади ладони и падаю спиной на камни. Я никогда не знал, как она провела последние дни своей жизни, и это...примеряло меня с происшедшим, дарило надежду.
Как я был глуп…
Дымка образов рассеивается не сразу. Склонившийся надо мной Баху отшатывается.
Мое лицо - лицо матери, потерявшей детей. Лицо каждого, кто безвозвратно потерял и продолжает падать в бездну утраты.
Не видя дороги, на негнущихся ногах покидаю пруды видений.

***
Тяжелая рука ободряюще сжимает мое плечо.
-Ты не должен всегда чувствовать себя виноватым.
-Больше некому, - отвечаю бесцветным голосом.
-Ты берешь на себя слишком много ответственности. Ты силен, но существуют обстоятельства сильнее тебя. То, через что ты не можешь переступить. Это жизнь, Ньян. И проживая ее, ты негласно принимаешь ее правила.
-Кто ты? - я резко оборачиваюсь и смотрю в глаза Баху мечущимся взглядом.
Он подходит к краю уступа и смотрит вниз. За его спиной медленно падает закатное солнце.
-Есть одна легенда о чайке. Она любила полет и мечтала летать так, как не умеет ни одна птица или дракон. А еще она любила размышлять.
Но мир, в котором она родилась, был полон запретов.
Чайка должна быть чайкой, - безапелляционно заявляли там, - есть рыбу, глупо кричать и летать так, как полагается чайке, не нарушая земные законы.
Но она не отступила от своей цели, даже когда ее стая, а затем и весь мир отвернулись от нее. И после долгих лет одиночества и кропотливого труда она научилась пронзать пространство и время, путешествовать из вселенной во вселенную, переноситься из прошлого в будущее. Никакие силы, будь то Аспекты, Титаны или Пылающий Легион не властны над ней.
Всё потому что она абсолютно свободна.
Говорят, это вовсе не миф и чайка существует и поныне.
И пролетая сквозь очередной мир, она роняет свое перо, отдавая ему частичку себя, делится своим учением жить свободно, - он делает паузу и оборачивается, глядя на меня глазами отца, брата и друга одновременно.
-Я - Баху Чайкино перо.

***

В шатре гуляет ветер, и свернутый в узкую трубку пергамент лениво перекатывается по полу. Я гипнотизирую его взглядом, пытаюсь угадать содержание, не читая текста.
Лоран настоял на том, чтобы никто не знал моего местонахождения, и я без объяснений исчез из Луносвета. Но, видимо, того, кому я понадобился, это не становило.
Наконец, решаюсь и подхватываю двумя пальцами ленту, обвязывающую пергамент, притягиваю себе. Проверять на наличие ловушек или порчи нет нужды, я и так чувствую, что письмо не кроет в себе никакой опасности…разве что таит непонятную, прямо-таки кричащую притягательность.
Прочитай меня…
По краям пергамента неизвестные руны, а в центре листа всего два предложения.


У тебя есть вопросы, но готов ли ты получить ответы?

Альтерак, Форт.


Перечитываю несколько раз для надежности, но буквы, против ожидания, не трансформируются в новые фразы, оставаясь неподвижными, и лишь слегка отсвечивают серым.
Усмехаюсь невидимому автору и сминаю пергамент.
Все ответы я уже получил.
Все ли? - протянутую к пламени руку останавливает внутренний голос.
Ты так и не получил ответа на главный вопрос. Ответа, который не подскажет даже мудрый Баху.
Я беззвучно произношу его.
-Что дальше?

***
Я не люблю просить о помощи и уж тем более, спрашивать и выслушивать чужие советы, но мнение Баху для меня бесценно.
Он без лишних вопросов берет протянутое послание, окидывает его секундным взором, затем переводит взгляд на меня.
-Почему ты все еще здесь? До Долины Альтерака путь неблизкий. Чем раньше выедешь, тем будет лучше.
С сомнением смотрю на смятый пергамент.
-Я не уверен, что… готов.
Баху щурится, вновь читая меня как раскрытую книгу.
-Ты боишься, что тебе более не по силам подобные путешествия? Что здоровье стало преградой для любого рода авантюр? - оглядывает меня с ног до головы.
-Ньян, твое здоровье теперь в твоих руках. Ты сам контролируешь процессы своего организма. И худого не случится, пока ты этому не позволишь случиться.
Он берет паузу, затем добавляет с широкой улыбкой.
-По правде говоря, даже если бы и были предписания особого режима, то они не смогли бы удержать тебя на месте, закупорить в тебе дух вечного искателя, Ньян.
Сколько раз за эти три недели ты задавался вопросом «Что дальше?».
Похоже, проницательность Баху никогда не перестанет меня поражать.
-Я не знаю, кто автор этого письма и что ему нужно от тебя, но… я чувствую, что это принесет перемены в твою жизнь, - он поднимает зажатый в руке пергамент перед своим лицом.
-За ним твое будущее.
Он замолкает, чтобы достать что-то из заплечного мешка. В его широко раскрытой ладони я вижу амулет - застывшее в чистом, словно мед, янтаре маленькое перышко. Протягивает его мне.
-Я тоже не задержусь более в Громовом Утесе. Есть еще множество мест в этом мире, которые мне стоит посетить, и множество существ, которым я могу помочь.
Но знай, что ты - сколько бы времени ни прошло - всегда сможешь меня найти, если захочешь, - он по-дружески хлопает меня по плечу.
Я же выражаю благодарность одним лишь взглядом, но его проникновенность гораздо красноречивее любых слов.
Ухожу, сжимая в пальцах согретый теплом Баху камень, под ровный ритм собственного сердца.

@темы: Warcraft. Хроника отыгрыша

URL
   

Творческая мастерская

главная